учебники

Я могу работать с учениками без учебников. Текст и задания любой сложности могу сама составить. Лексика у меня в голове на блоки разбита, нет никакой необходимости подсматривать в списки слов на определённую тематику. Но — так как учеников у меня много, а времени свободного мало, приходится пользоваться учебными материалами. Был бы один ученик-олигарх, была бы я у него на ежемесячной зарплате, все задания придумывала бы и подгоняла под него индивидуально. Ну, может, видео и оригинальные тексты брала бы иногда из интернета.

идентифицировать нелегала

Шпионы-нелегалы, начавшие свою деятельность при Союзе, продолжившие при Путине. Родились и учились в России. Студентами их завербовали, научили французскому и английскому, выдали канадские паспорта и отправили на Запад. Много лет супружеская пара жила в образе канадцев — в Канаде, Франции и США. Никогда не говорили друг с другом по-русски. Родили детей, которые ничего не знали о происхождении родителей. Шпионов арестовали, когда старшему сыну было 20 лет.
У меня тут два интереса — профессиональный и любительский. Профессиональный — как выучить английский, чтобы никто никогда не догадался, что ты русский. В этой лекции все-таки проскакивают моменты, когда понимаешь, что нет, английский у человека не родной. Возможно, англоязычным знакомым он говорил, что родом из франкоязычной канадской семьи, а франкоязычным, что из англоязычной. Кстати, по словам супругов лучший способ отточить иностранный язык — озвучивать фильм. Убрать озвучку, говорить за артистов, записывать и потом прослушивать, пока не получится полностью скопировать героя.
А любительский интерес — шпионы все-таки пациЭнты. За ними любопытно наблюдать. Нормальный человек вряд ли согласится и вряд ли сможет полностью поменять идентификацию, отказаться от прошлого, контактов и связей. Для меня загадка, как эти двое не запутались в своих новых личностях, как жили, о чем думали, что во время секса друг другу шептали — и на каком языке шептали.

май хобби

Чтобы разговорить ученика, надо задавать ему вопросы. Чтобы разговорить ученика с начальным уровнем английского, надо задавать простенькие вопросы. Вот из йо хобби, например. Дети всегда отвечают с энтузиазмом. У них много увлечений и любимых занятий. Взрослые немного смущаются, но чаще тоже рассказывают — кто-то в зал ходит, кто-то путешествует, кто-то детективы перед сном читает. Я всегда думаю — слава богу, это я вопрос про хобби задаю, а не мне его задают. Потому что мой ответ — есть и пить, одновременно. Это мое самое любимое дело. Желательно без компании. Поставить на стол тарелку с едой, налить вина в бокал и сосредоточенно жевать. Можно еще видео на ютюбе включить — для фона.

как оно устроено

Каждый год наблюдаю — дети так готовятся к ЕГЭ и ОГЭ, что ничего хорошего не ждёшь. Не знаешь, на какой козе с какой стороны подъехать. И так не идёт, и эдак. За месяц до случается чудо — до них доходит, что экзамен близко, и вся информация, наваленная несортированным грузом, начинает правильно распределяться по полочкам. Последний месяц подготовки — самый важный.

PET

Надо ли сдавать PET, чтобы ребёнок просто потренировался?
Я против лишних экзаменов. Всегда была. Экзамен — стресс для организма, даже если человек к нему готов на 200 процентов.
И если ребёнок готов сдавать PET, а это никакая школа не требует, то, мне кажется, PET можно пропустить и потратить ещё пару лет на подготовку к IELTS, который реально пригодится.

бомбит

У меня всегда бомбит, когда в рекламе языковых курсов обещают сразу научить думать на языке. Человек сто иностранных слов выучит, и немедленно начнет на них думать, ага.
Думать — это когда в среду попадешь и будешь там долго вращаться. Тогда образы начнут приходить — в полусне всплывет рекламный слоган, и на улице выругаешься на местном наречии, и мысленно улыбнешься кому-то, кивнешь, поздороваешься не по-русски.

Еще бомбит, когда говорят, что при изучении языка вредно переводить. Да нихрена не вредно, а очень даже полезно. Самые оплачиваемые переводчики — синхронисты. Их на это десятилетиями натаскивают.

необучаемые

Тут в каком-то сообществе женщина спрашивала — а встречались вам дети, которые без особенностей развития, но совершенно необучаемые?
За восемнадцать лет преподавательского стажа мне встретилась одна такая девочка. В целом-то все обучаемые, без особенностей, с особенностями. Надо помнить, что у каждого свой предел, свои способности, возможности, желание. Правда, не всегда получается настроиться с учеником на одну волну, не всегда успеваешь понять, как лучше.
А эта девочка, Лена, училась в обычной школе, и никаких диагнозов у неё не было. Просто не было желания знать. Первые годы мы учили алфавит и читать.
— Зачем мне это, — трезво рассуждала Лена в одиннадцать лет. — Вокруг все по-русски говорят. Замуж за русского выйду.
Потом ещё три года я ей домашнее задание делала. Родители очень просили, что если не заниматься, то хоть домашнее задание. Лена отказывалась воспринимать информацию, которая ей не нужна.
— Столица России? — спросишь её.
— Какая разница, — ответит Лена. — Я в Москве живу и в столицу не собираюсь.
— А кто наш президент?
— Забыла.
— А где находится Париж?
— Париж — это что?
— Лена, кем ты хочешь стать после школы?
— Врачом.

Врачом Лена не стала. Отучилась на преподавателя младших классов. Вышла замуж. Не работает. Живёт счастливо.